The Old Believer merchants family history, or from Khabarovsk to Harbin and back again

В журнале «Свое Дело» появилась статья об истории семьи Архиповых – старообрядческих купцов из Хабаровска.

+++

Марина Шемчишина

Два письма и три столетия

Самое дорогое, что есть у любого издания, будь то газета или журнал, – это его читатели. Самые активные из них радуют редакцию своими письмами. В одних – согласие с мнением автора, в других – собственная точка зрения. Но есть абсолютно удивительные письма-истории, для которых статья в журнале лишь повод для воспоминаний. Так произошло и на этот раз. Как отклик на исторический очерк Марии Буриловой о семье Плюсниных редакция получила два письма от представительниц династии других известных хабаровских купцов – Архиповых. Детали, подробности жизни этой семьи мы получили, как говорится, из первых рук. Спасибо Марианне и Юлии Архиповым, которые ныне живут в Екатеринбурге и бережно хранят память о своих родных. Их письма мы публикуем с минимальными правками, стараясь сохранить не только все подробности, но и авторский стиль.

Им когда-то принадлежало самое красивое здание Хабаровска, где в кафе под названием «Чашка чая» по праздникам собиралась вся семья. Они имели магазины и доходные дома, занимались торговлей и предпринимательством. Но пришел Великий Октябрь, а с ним эмиграция и долгие годы скитаний на чужбине. Кто-то вернулся в Россию, кто-то уехал в Америку или Европу. Большую семью разметали по миру войны, революции и время. История семьи изложена в двух письмах от Марианны и Юлии Архиповых, которые пришли в редакцию журнала.

+

Здравствуйте! Я расскажу историю своей семьи со слов отца – Георгия Аверьяновича Архипова. Мы из старообрядцев. Наши предки с самого начала не приняли реформы патриарха Никона. Несмотря на при­верженность старине, старообрядцы сыграли значительную роль в развитии и укреплении капитализ­ма в России, проявив редкую предприимчивость и трудо­любие. Именно постоянная борьба за существование, за право исповедовать веру отцов воспитывала эти качества.

hist_01Весна 1914 года. Благовещенск. Дедушка Аверьян Ефремович Архипов с женой Ириной Григорьевной с первым внуком Аркадием

Не могу сказать точно, но, скорее всего, из-за гонений на берегу Волги, в городе Самаре, тогдашней окраине России, в начале XIX века жил Константин Михайлович Архипов. Когда началось интенсивное развитие Сибири и Дальнего Востока, то самыми первыми откликнулись на переселение старообрядцы, которых привлекали земельные просторы, таежные и водные угодья, отсутствие воинской повинности, податей, опеки со стороны местных властей и главное – религиозная свобода. Константин Михайлович стал одним из первых поселенцев Хабаровска. Затем к нему присоединились сыновья Ефрем и Александр с семьями. Здесь они развернули широкую предпринимательскую деятельность, вложив немало средств в становление и развитие нового города России.

Немного позже сын Ефрем отделился и переехал в Благовещенск, где торговал мануфактурой. Его сын Аверьян занимался мясной торговлей, был большим знатоком и любителем лошадей. На ипподроме он держал четырех чистокровных скакунов, более десятка полукровок «для выезда». В 1918 году на конюшне деда Аверьяна не было уже ни одной лошади, они были демобилизованы для военных нужд, как говорил папа со слов своего отца. Когда отец возвращался в Россию, то среди прочих бумаг он уничтожил расписку о реквизиции лошадей. Что стояло за этой невзрачной распиской, мы никогда не узнаем. К 1917 году Аверьян оценивал свою недвижимость в 45 тысяч рублей. Здесь, в Благовещенске, родились внуки Ефрема – мой отец и его сестры.
Сын Александр остался в Хабаровске.

Братья были очень дружны, часто собирались семьями за чашкой чая. Вот почему дед Александр назвал свое любимое детище «Чашка чая» – хотел, чтобы там была такая же уютная домашняя обстановка. Последняя встреча братьев состоялась в самом начале 1918 года…

Вся экономика встала, ничего не работало. Народ как безумный ходил толпами, митинговал и пел «Весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем…» Ломать – не строить. Всюду мелькали агитаторы Ленина, внося смуту в умы людей, разброд и шатание. Сестры отца не учились, из-за беспорядков гимназия закрылась. Выходить на улицу запрещалось, так как стреляли. В дом все чаще стали наведываться представители новой власти.

Отец так и не смог забыть, как однажды он сидел на коленях у матери, рядом были его сестры, а вооруженные люди стояли по бокам и на уровне глаз детей тускло блестели штык-ножи. Главный, в короткой кожаной куртке, приставив к виску отца оружие, водил его по комнатам и грубо что-то требовал.

1920 год. На бричке привезли деда Ефрема, его хватил удар (инсульт). Скорее всего, это произошло после подобного посещения новой власти. Он уже не мог говорить, ходить, только сидел в кресле и стучал палкой, если отец с сестрами сильно шумели во время игр. Вскоре дед Ефрем умер, ему было 75 лет.

Из Хабаровска доходили тревожные вести. Видя такой расклад, дед Аверьян решил уехать в Харбин. Добирались до места на пароходе, с хозяином которого главе семьи удалось договориться. С собой взяли только священные для семьи старообрядческие книги. Их было много, они были тяжелые. Кроме того, на пристани началась какая-то перестрелка или бой. Все лежали на полу, а вокруг свистели и чавкали пули. Но впереди был Харбин – русский город, а значит, встреча с родными и знакомыми, спасшимися от репрессий и террора, спокойная жизнь. Дед Аверьян продолжил мясную торговлю. Уклад жизни в Харбине был таким же, как в дореволюционной России.

hist_03Февраль 1924 года. Харбин. Похороны бабушки Ирины. Дедушка слева, смотрит на жену. Мой отец так же смотрит на свою мать. Священник в очках – это отец Кудрин, духовник семьи

В начале 30-х годов группа старообрядцев уезжала в Канаду. Дедушка Аверьян передал единоверцам с таким трудом и с риском для жизни вывезенные из России старообрядческие книги, «чтоб большевикам не достались». Теперь они находятся в Канаде.

Дед Аверьян умер в июне 1943 года, похоронен в Харбине. Он так и не взял ничье подданство. «Я русский», – всегда говорил он.

hist_07Дед Аверьян, племянник А.К. Архипова

Отец окончил реальное училище, курсы бухгалтеров. После оккупации Китая Японией торговля у дедушки не ладилась и практически сошла на нет. Некий господин Свистунов, знавший деда Аверьяна и нашу семью еще по торговым делам в России, взял его сына к себе управляющим. Выражаясь современным языком, отец был менеджером-логистом в скобяном магазине. В первой половине 1945 года Свистунов свернул торговлю и уехал в Америку. Он звал отца с собой и был готов выдать за него свою дочь, но тот отказался. Он мечтал вернуться в Россию, где должны расти его дети.

hist_04Мясная лавка деда Аверьяна в Харбине

Сентябрь 1945 года. Приход Красной армии. Сразу же начались аресты. Среди людей, которых арестовали, был отец мужа племянницы отца – Семен Корнильевич Корнеев, полковник русской армии, сопровождавший вместе с Колчаком какой-то поезд. Также был арестован атаман Семенов, председатель общества русских граждан. Отец был на этих собраниях, несколько раз подходил к нему с вопросами, и в его памяти он оставил самые благоприятные воспоминания. Из каких-то своих источников он узнал, что они были вывезены в Москву и там расстреляны.

Русские постепенно покидали Харбин, большая часть уезжала в Россию «на целину». На вокзале Харбина весь поезд пел «Прощай, мой табор!» После пересечения советской границы их пересадили в товарные вагоны. Во время стоянок выходили за продуктами, а когда возвращались, то было ощущение проведенного обыска: все на месте, но вещи лежат иначе. Папа вспоминал, как один мужчина, выпив лишнего, на первой большой станции буквально выполз на перрон, «чтоб поцеловать родную землю». Дежурный по вокзалу ему говорит, что, мол, разлегся тут, мешаешь всем, давай вставай к стенке. От последних слов мужчина вмиг протрезвел: «Что, уже приехали?»

Место жительства выбирали не они, а власть. Бывшим харбинцам было запрещено жить в крупных городах, тем более в европейской части. Через определенный промежуток времени они должны были отмечаться. Они фактически находились на положении ссыльных. Их дипломы, образование были признаны недействительными. Отец до конца жизни был рабочим. В начале 70-х отца по линии Красного Креста разыскал племянник из Америки, который в отличие от отца не захотел возвращаться в советскую Россию.

Моя детская память запечатлела, как фотографию отца снимали с доски почета со словами: «Таким, как он, не место среди советских людей». Кто-то в толпе крикнул: «Враг народа!» А он лучший и добросовестный работник. Никогда не пил, не воровал. В общем, был белой вороной на общем фоне. Манера поведения выдавала в нем старую интеллигенцию, так не похожую на советского рабочего.

Отец объяснял все большевистские репрессии боязнью правды о том, как они пришли к власти. Лучший свидетель – это мертвый свидетель. Те, кто не погиб в огне гражданской или не бежал во время нее, были уничтожены в 30-е годы. Все должны были мыслить и аплодировать одинаково. Отец всегда верил в Россию, говорил, что «власть, захваченная неправедным путем, не продержится долго. Вновь расправит свои крылья двуглавый орел, вновь будет развеваться триколор, а просторы наполнятся колокольными звонами».

В 1991 году отец увидел уход большевиков. И сейчас, глядя на развевающийся российский флаг, думаешь, сколько жизней погублено, сколько судеб изломано ради каких-то идей. Как-то еще ребенком я спросила отца: «В мире столько цветов, а почему воевали только красные и белые?» Ответ отца запомнила на всю жизнь, слово в слово: «Белый цвет – цвет чистоты помыслов и поступков; это цвет православия. Красный цвет – цвет крови и страданий; это цвет дьявола. Каждая сторона по своей сути взяла название цвета». Этим сказано все.

За сим заканчиваем.

Храни Вас Господь на путях Ваших.

Марианна и Юлия Архиповы

+

Здравствуйте! Жизнь продолжается. Как день сменяется ночью и вместо лета приходит зима, так и поколения сменяют друг друга, сохраняя в себе память предков. Связь с прошлым не дает нам сгинуть в пучине беспамятства. Народ, утративший память, – это стадо, которое гонят в нужном направлении, где его ждет гибель и рабство (чего и добивались большевики с момента прихода к власти).

О дедушке Аверьяне уже было сказано ранее. Его жена, наша бабушка Ирина Григорьевна, урожденная Черепанова, была из саратовских крестьян. По легенде, ее прапрадедом был обрусевший мадьяр, женившийся на старообрядке. Ее родители были безземельными, поэтому они поехали «встречь солнцу». В 16 лет Ирину выдали замуж за Аверьяна, сына Ефрема. У них родилось 17 детей, десять из которых умерли в детстве.

Судьбы оставшихся детей сложились так:

Татьяна Архипова вышла замуж за С.Л. Падерина, бухгалтера. Он, будучи гражданским человеком, во время войны с Германией стал офицером русской армии. О своем командире, генерале Каппеле, он отзывался очень тепло. Вообще его очень любили подчиненные. В семье вспоминали, что это был человек чести и слова. Он умер еще в России, но подчиненные на своих плечах отнесли своего любимого командира в Харбин, «дабы не оставлять на поругание большевикам». Рядом с ним лежат и другие бойцы белой гвардии. Теперь прах Каппеля вывезен в Москву и там похоронен со всеми воинскими почестями. А его подчиненные так и остались лежать в Харбине без креста и могилы. Парадокс истории.

Сын Андрей вначале помогал отцу в торговле, затем его следы затерялись в России. После возвращения наш отец с сестрами пытались найти Андриана, но безуспешно. Далее идут Василий и Сергей. Последний пропал в 30-е годы где-то на Севере. Василия много лет спустя нашла тетя Фая, но общались они недолго. Восторга от встречи, скажем так, он не испытывал. Его понять можно: жили себе спокойно, а тут объявилась компрометирующая родня. Боязнь за семью отдалила его от нас. Что ж, пускай Бог его судит. Более ничего об этой ветви не знаем. Хотя наш папа часто вспоминал Василия, говорил, что он был красивым белокурым мальчиком, с которым он играл незадолго до бегства, и чувствовалась в этом скрытая боль…

Дочь Мария вышла замуж за мещанина Моисея Уфаева, никонианца. Переехала в Америку. После ухода из семьи мужа зарабатывала тем, что шила вещи на заказ. Похоронена в Вест-Сакраменто по православному обряду. Вместе с ней положили иконку, подаренную еще дедом Аверьяном. Сын Виктор и дочь Татьяна тоже живут в Америке. Имеют внуков. После 1991 года переписка с ними возобновилась.

hist_05Отец, Георгий Аверьянович Архипов (фото 1978 года)

Дочь Вера после окончания гимназии работала учительницей в деревне, однако начавшаяся гражданская война спутала планы. Она вернулась домой, вышла замуж за Антона Шарыпова, никонианца. Она единственная из всех сестер сменила свое отчество на никонианское: у нас Аверьян, а у них Аверкий. Стала Верой Аверкиевной, что стало причиной ехидства и шуток в семье – «Вера Каверковна». Вера с мужем позже всех перебрались в Харбин, только зимой 1926 года. Когда она с мужем и с дочерью пешком пересекала границу, то была арестована, бежала и по льду Амура ушла в Китай. Похоронена в Екатеринбурге.

Дочь Валентина в Харбине вышла замуж за Н.С. Корнеева, штабного подполковника у Деникина. После возвращения на родину они вместе с детьми поселились в Екатеринбурге. Родились внуки, правнуки. Похоронены на местном кладбище.

Дочь Фомаида, которую в семье звали просто Ида, с раннего возраста мечтала о сцене, несмотря на протесты строгого отца. У Иды был очень красивый, меццо-сопрано, голос. Петь она начала в Харбине. Вспоминают такую историю. Когда в Харбин с гастролями приехал Ф.И. Шаляпин, тетя Ида вместе с другими встречала его. С этой встречи она пришла разъяренной фурией: на просьбу дать благотворительный концерт Шаляпин ответил: «Даром только птички поют». С тех пор в нашей семье к нему, скажем так, прохладное отношение. Вскоре Ида переехала в Пекин и вышла замуж за американского военного, приняв католичество. Вместе с верой она сменила имя, стала Идой-Флорой. В Америке Флора предприняла попытку покорить Голливуд и даже дала несколько концертов. Но автомобильная авария заставила забыть о мечте. Детей не имела, умерла в хосписе.

Марфа, или просто Фая, вышла замуж за Александра Дружинина, никонианца, который работал на КВЖД. Родились дети – Константин и Ирина. После целины они перебрались в Благовещенск, где в настоящее время живут их дети и внуки, пошли уже правнуки. Эта ветвь разрослась хорошо на благодатной почве предков. Сама Марфа похоронена в Благовещенске.

Далее идет наш отец – Георгий, о нем мы уже рассказывали.

Все это написано на основе воспоминаний свидетелей эпохи и непосредственных участников тех событий: отца, его сестер и их детей.

С Вербным воскресеньем!
Храни Вас Господь.
Марианна и Юлия Архиповы

Юлия Георгиевна Архипова родилась в 1974 году. Окончила медицинское училище, 12 лет работала медицинской сестрой. В конце 90-х годов поступила в сельскохозяйственную академию на факультет ветеринарной медицины, так как с детства мечтала лечить животных. Проживает в Екатеринбурге, работает ветеринарным врачом-терапевтом в клинике. Не замужем. Детей нет.

Марианна Георгиевна Архипова родилась в 1968 году. Окончила педагогическое училище по специальности «воспитатель детского сада». Было желание учиться дальше, но, по словам Марианны Георгиевны, останавливала родословная со стороны отца. Кроме того, надоела постоянная зубрежка истории партии. Когда большинство детских садов было закрыто, работала секретарем. Окончила университет по специальности «юриспруденция». Является государственной служащей. Не замужем. Детей нет.

Журнал «Свое Дело» №2/3 2011 

Advertisements

Об авторе old believers

Old Believers and Old Ritualists Join us if you want to make our Old Believer and Old Rite Church pure! Paul, Max and all our faithful team
Запись опубликована в рубрике Manchuria, Old Believers, Russia с метками , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s